Суетливая история, в которой смешались страхи, тревоги, ужас и унижения или как важно сохранять спокойствие в любых ситуациях. |
Старый бандит Жес любил устраивать свои дела так, чтобы все самое опасное делал за него кто-то другой. Вот и сейчас, задумав украсть Маленького Монстрика, он предоставил действовать Коту, а сам собирался немедленно вернуться домой и запастись надежным алиби.
Но, честно говоря, пса немного беспокоила бестолковость Обормота, поэтому Жес потратил остаток вечера, вдалбливая Коту, по каким дорогам ему следует ехать. Да, Обормоту пришлось изрядно попотеть, пока он не вызубрил наизусть весь маршрут. Но Кот был доволен.
- Наконец-то хозяин понял, что я способен на великие дела, - размышлял Обормот, возвращаясь в свою гостиницу. - Сделаю все в лучшем виде! Вишь, как ловко все получилось: хозяин уезжает и теперь уж точно не узнает, как я лопухнулся с вертуном проклятым. Хорошо бы еще и с фанатками разобраться. Ну, это уж как получится, попадутся они мне на глаза - хорошо, не попадутся - их счастье!
В конце концов, Кот решил не волноваться особенно по этому поводу: ну какие из них свидетели, из этих дурочек? Да и что они могут сказать? Что какой-то кот-репортеришка интересовался Вертляжкой? Да им все интересуются перед чемпионатом!
И Кот выбросил из головы и мышек-фанаток, и бедного Вертляжку.
Ежегодный мышиный чемпионат по хвостоверчению был настоящим праздником для всей мышиной общины страны монстров-великанов. И ни одна уважающая себя мышь не могла, разумется, пропустить такое значительное событие. Тем более, ярые болельщики этого замечательного национального спорта. И уж, конечно, Прыгушка и Ползушка за все сокровища в мире не упустили бы такую блестящую возможность еще раз продемонстрировать своему кумиру Вертляжке пылкую любовь и обожание.
Они, бедные, чуть не с ночи дежурили у известного всем входа в жилище великого спортсмена, готовые вместе с другими почитателями вопить и забрасывать цветами своего любимца, едва тот выйдет из дому. То, что он выйдет здесь, не вызывало у подружек ни малейших сомнений. Ведь именно сюда должна была приехать за Вертляжкой машина, чтобы отвезти его на стадион. И именно здесь уже стоял полицейский кордон, сдерживая особо восторженных фанатов и пропуская фото-, теле- и радиожурналистов, деловито сновавших со своей аппаратурой.
Но все же мышки-подружки не забывали и про другой вход и бегали, стараясь не привлекать к себе внимания, по очереди проверять, что делается у второго входа. Но там ничего не делалось: было пусто и тихо.
Наконец приехала машина.
Водитель посигналил, поклонники и корреспонденты замерли в ожидании, но из домика никто не выходил.
Водитель посигналил опять и с тем же успехом.
Толпа встречающих заволновалась, камеры журналистов работали в полную силу.
Из машины выскочил тренер, бросился к двери и начал стучать в нее. Дверь не открывалась. Тренер повернулся к взволнованной толпе и успокаивающе поднял лапки:
- Наверняка наш дорогой Вертляжка уже на стадионе, - прокричал тренер. - Жду вас всех там и надеюсь на вашу поддержку!
Поддержку почитатели великого спортсмена готовы были оказать, поэтому фанаты тотчас бросились к специально арендованному ими автобусу, погрузили в него транспаранты, флаги, цветы и прочие орудия поддержки и отбыли на стадион.
Немедленно укатили и журналисты, и машина с тренером. В пустом дворе остались только Ползушка и Прыгушка.
- Ты почему не уехала? - нахмурилась Прыгушка. - Ты что, не слышала, что тренер сказал?
- А ты почему? - спросила Ползушка.
- Потому, потому, - пыталась найти подходящую увертку Прыгушка, но не выдержала и выпалила: - Потому что это ужасно подозрительно!
- Ты думаешь? - почему-то шепотом спросила Ползушка.
- Конечно! - Прыгушка огляделась по сторонам, как-будто боялась, что ее могут услышать, и наклонилась к самому уху подруги.
- Я думаю, что надо сообщить в полицию.