К началу главы
- Ну что, - тихо сказала одна из мышек, - ты его видишь?
Сердце у Обормота ухнуло куда-то вниз, по направлению к пяткам.
- Неужели меня выслеживают? - запаниковал он.
- Нет, - шепнула вторая мышка, - не вижу. Наверное, его репортеры задержали.
Поскольку никакие репортеры им, Обормотом, интересоваться, а тем более его задерживать, не могли (пока, по крайней мере), Кот успокоился и навострил уши, стараясь не пропустить ни слова.
- Конечно, задержали, - согласилась первая, - ведь он такой веселый и находчивый, разговаривать с ним – просто удовольствие!
- И остроумный, и эрудированный, и красноречивый, - подхватила вторая. - Я обязательно напишу письмо в "Мышиный вестник" и поделюсь с читателями своими незабываемыми впечатлениями о наших встречах!
- О ком это они? - недоумевал Обормот.
А мышки тем временем не на шутку заспорили.
- Почему это ты напишешь! - закричала первая. - Со мной он виделся не меньше тебя!
- Меньше, меньше! - не уступала вторая мышка. - И мне он улыбнулся - три раза, сказал "Как вы милы!" - два раза, "Спасибо, дорогая" - пять раз! Вот!
- Подумаешь! - фыркнула первая, размахивая кулачками. - Зато мне он дал три автографа! И с таки-ими пожеланиями!
Неизвестно, чем бы кончилась эта ссора, готовая вот-вот перерасти в драку, но в этот момент вторая мышка, более остроглазая, чем ее воинственная подруга, дернула первую за рукав и кивнула в сторону ворот.
Та тотчас успокоилась и уставилась обожающими глазками на небольшую галдящую группку мышей, входящую во двор.
Мыши держали в лапах фотоаппараты и микрофоны и шумели так, что если бы не строгий приказ Жеса внимательно все слушать, Обормот наверняка зажал бы уши лапами.
- Господин Вертляжка, - кричали мыши с фотоаппаратами кому-то в центре группки, - позвольте вас сфотографировать!
- Господин Вертляжка, - кричали мыши с микрофонами, - только один вопрос!
Вертляжка, которого Обормот наконец рассмотрел среди суетящихся мышей-журналистов, пытался прорваться через мышиный кордон во двор и кричал что-то неразборчивое, размахивая кубком и отталкивая особо назойливых преследователей свободной лапкой. Он был растрепан и взъерошен, одежда - разорвана, а мордочка была в каких-то подозрительных красных пятнах.
- О, - воскликнула первая мышка, - взгляни, Ползушка, какой ужас! Эти идиоты-фанаты разорвали его одежду!
- Ах, - в ужасе закатила глаза Ползушка. - Эти мерзавки-фанатки посмели целовать его! Взгляни, он весь в помаде! Нет, Прыгушка, настоящие почитательницы не должны себя так вести! Какой позор!
- И еще эти репортеры! - подхватила Прыгушка. - Совершенно невоспитанные мыши!
- Фи, - негодующе фыркнули разом Ползушка и Прыгушка. Но по их горящим от возбуждения глазам было видно, что они и сами с удовольствием бы чмокнули, и не раз, Вертляжку. Или, по крайней мере, оторвали бы от его одежды кусочек "на память".
В это время к дому подъехала машина. Это в такси вернулись мама и бабушка.
Мыши-репортеры мгновенно исчезли, оставив растерянно озирающегося Вертляжку одного.
- Здравствуйте, господин Вертляжка, - сказала мама, подходя к мышиному чемпиону. - Что это с вами?
- Проклятые репортеры чуть не растерзали! - запищал Вертляжка, потрясая крошечными кулачками. - Они все как будто сошли с ума перед чемпионатом. Вы не поверите, госпожа Монстри, на мне живого места нет!
- Во всяком случае, - сказала мама, беря Вертляжку на ладонь, - на вашей одежде живого места уж точно нет.
- Да, - подтвердила бабушка, - боюсь, что вам придется расстаться с вашим костюмом навсегда!
- А это был мой любимый костюм, - вздохнул Вертляжка. - У-у, фанаты проклятые! Они меня просто достали!
- Ну что вы, господин Вертляжка, - улыбнулась мама, - они это делают только из любви к вам. Ведь вы кумир всей мышиной молодежи.
- Если бы! - еще печальнее вздохнул кумир. - После победы вашего сына некоторые из моих почитателей просто отвернулись от меня!
- Судя по вашему виду, - заметила бабушка, - поклонников, причем очень активных, у вас еще осталось предостаточно.
- Мы, кстати, тоже будем болеть за вас, - доброжелательно сказала мама. - Мы все уверены, что вы обязательно станете чемпионом и в этом году. А сейчас позвольте пригласить вас на чай. Думаю, кусочек бисквита вам не повредит.
И обе дамы вместе с Вертляжкой прошли в дом.
- Видала? - шепнула Ползушка своей подружке. - Как он переживает, бедняжка!
- И видала, и слыхала, - также шепотом ответила Прыгушка. - Говорят, из-за этого противного Монстрика он совсем потерял аппетит!
Обормот слушал, затаив дыхание и стараясь не пропустить ни слова.
- А наш дорогой Вертляжка так благородно помогал Монстрику, - выпалила Ползушка. - И никакой благодарности!
- А вот кое-кто утверждает, что Вертляжка повлиял на Совет мышиных спортивных игр и поэтому Монстрику не позволяют принять участие в соревнованиях, - вдруг сказала Прыгушка.
- Клевета, клевета, - затараторила Ползушка.- На самом деле...
И тут она склонила голову к самому уху своей подружки и зашептала ей что-то такое, чего Кот уж никак не мог расслышать. Но это его вовсе не обеспокоило: он видел и слышал достаточно! И в голове у него родился план...
Обормот тихонько выполз из кустов и бегом бросился к Жесу, докладывать и рассказывать.